Жанры
Валюта
Выберите тип валюты:
Статистика
Сейчас в магазине
В магазине: 5 посетитель(ей)

Статистика за сегодня
Просмотров за сегодня: 615
Посетителей за сегодня: 50

Статистика за всё время
Всего просмотров: 1107060
Всего посетителей: 238057
Подписка на новости
Подписаться на: 
Новости интернет-издательства Е-букинист | RSS
Имя:
E-mail:


Поиск товаров
искать в найденном
Расширенный поиск

Светлана Куспысь. На то она и жизнь
Обсудить (0 мнений)Главная / Детектив, боевик
$2.00
В корзину
Светлана Куспысь. На то она и жизнь
Оценить: 
Вы сможете скачать этот продукт с сайта магазина сразу после того, как закажете его и оплатите заказ (1532 Kb)
Код товара: 170001
Электронная книга. Жанр: детектив, приключения. Книга первая из трилогии "Черная месса". Формат pdf A5.  Об авторе.

Главная героиня с отличием заканчивает престижный юридический вуз, ее ожидает блестящая карьера научного сотрудника. А еще у нее прекрасная семья: любимый и любящий муж и замечательный сын, - все, о чем только может мечтать женщина.
Но внезапно счастье рушится. Александра вынуждена покинуть родной город. На новом месте, работая следователем, она распутывает таинственный замысел опаснейших преступников и не подозревает, что ей самой придется столкнуться с загадочными событиями, корни которых тянутся в далекое прошлое.

Отрывок.

Часть І

Глава 1

Она проснулась рано утром. Летнее солнце уже несмело золо­тило комнату. Не было сил двигаться. Устало откинув одеяло, Алек­сандра Милеева подошла к зеркалу и безразлично поправила воло­сы. На нее смотрело бледное лицо с глубокими кругами вокруг глаз. Не она первая и не она последняя... Самая банальная история. Ста­рая, как мир. Обманутая женщина. Не Бог весть что. Так было, есть и бу­дет. Господи, но почему все-таки это случилось именно с ней? Александра зашла в комнату к пятилетнему сыну.

— Андрюша, поднимайся. Нам пора.

Мальчик забавно потянулся.

— Мам, а папа едет с нами?

— Нет, сынок, — и чтобы прекратить дальнейшие расспросы, добавила: — Мы можем опоздать на поезд. Собирайся.

Провожать их никто не приехал. Надежда Сергеевна, мать Александры, была обижена на дочь за решение уехать из родного города. Никого из друзей Александре самой видеть не хотелось.      В последний раз окинув глазами комнату, Александра взяла че­моданы и подошла к двери. Завтра в квартиру вселятся новые жильцы. Чужая атмосфера. Чужие судьбы. Сердце болезненно сжа­лось. А впереди была только неизвестность...

Глава 2

Со своим мужем Славой, на тот момент мальчиком из парал­лельного класса, она познакомилась в пятнадцать лет, и с того вре­мени они уже не расставались. Их тянуло друг к другу, как магни­том. Это были две полные противоположности. Она стройная, от природы светловолосая, с совершенно белой кожей. Он смуглый, черноволосый, коренастый. Она образцовая ученица. Его родителей без конца вызывали в школу по поводу поведения. Одинаковым у них был только цвет глаз — зеленый.

С того времени, когда Слава стал встречаться с Александрой, он превратился в образцового ученика, чем немало удивил препода­вателей.

Свой выбор профессии Александра сделала еще в шестом клас­се. И с тех пор сомнений у нее не возникало.

После окончания школы она заявила, что поступает в юриди­ческий институт. Учителя только с сомнением качали головами. Они знали, что у Александры отца нет. Мама работает на заводе простым инженером. Деньги и связи в правоохранительных органах отсутствуют.

Слава никогда ей не перечил:

— Сашка, если бы ты поступала в школу для клоунов, я и там был бы с тобой.

Александра поступила в институт только после второй попыт­ки, Слава поступил вместе с ней - после окончания службы в рядах Советской Армии. Судьба не разлучила их даже в этом.

В брак они вступили, не задумываясь, без свадебных нарядов и пышных церемоний. Александра приехала к нему в часть, и они рас­писались в районном ЗАГСе. Родителей поставили уже перед фак­том. Свадебным подарком Славика был портрет Александры, выж­женный по дереву, который мало чем отличался от оригинала. Сын Андрей родился через девять месяцев, удивив своих родителей точ­ностью появления на этом свете и абсолютным повторением внеш­ности своего отца.

Они прожили вместе шесть лет. Александра успешно совмеща­ла учебу в институте и семью. И то и другое ей было одина­ково дорого и интересно. Не раз преподаватели после сдачи экзаме­на дарили ей цветы, ставя в пример другим однокурсникам.

Ей казалось, что муж ею очень гордится. Сам он сдавал экза­мены с трудом, и она старалась помогать ему, как могла. Когда Александра прибежала к нему и с сияющими глазами в очередной раз показала свою зачетку, он сказал:

— Ну, ты ж, Сашка у нас особенная. Куда мне до тебя!

Александра с этим была не согласна. Просто ему учиться было не так интересно, как ей. Она не забыла, почему он выбрал именно этот институт. И готова была простить ему все.

Выпускные экзамены подходили к концу. Не было сомнения, что Александре вручат диплом с отличием и она останется на ка­федре уголовного права. Лето было в полном разгаре. В мае она от­праздновала двадцать шесть лет, и казалось, что ее счастье ничто не может омрачить. Стояла середина июня, но в метро еще продавали ее любимые пионы: розовые, белые, бордовые... Более счастливого человека в те дни встретить было невозможно. В ее душе царила полная гармония, и любовь к жизни переполняла всю ее сущность.

Звонок раздался в субботу вечером:

— Это звонят вам от Славика. Он не приедет. У меня от него будет ребенок.

Славик приехал. Но отрицать ничего не стал. Александра по­могла ему собрать вещи.

В воскресенье Александра сдала последний экзамен. В поне­дель­ник была у ректора института и просила распределения в дру­гой город. Выразив недоумение, он все-таки пообещал помочь.

Следующие несколько недель ушли на оформление развода. Рас­пре­деление она получила во Львов на должность следователя управ­ления транспортной милиции. На выборную должность судьи не потя­нула ее автобиография с заполненной графой “Семейное положе­ние — разведена”.

Шел 1986 год, и жизнь в родном Харькове была позади.

Глава 3

Начальник следственного отдела управления транспортной ми­лиции полковник Ружевский Сергей Александрович слыл легендой среди своих сотрудников. Одни уважали его, другие боялись, третьи перед ним заискивали. Но никто не оставался к нему равнодушным. Ру­жевский олицетворял Закон. Без всяких компромиссов. В восьми-десятые годы коррупция в правоохранительных органах еще так не процветала, взятки, если и брали, то потихоньку, оглядываясь. И была беда, когда такие факты доходили до ушей Ружевского. Оперативники знали, что если в следственный отдел доставили подозреваемого с телесными повреждениями, без внимания это не останется. Если ви­новником был сотрудник милиции, материалы проверки переда­вали в прокуратуру для возбуждения уголовного дела. Служить под на­чалом Ружевского было тяжело, но следователи, которые ра­ботали с ним, становились профессионалами.

Так обстояло дело, когда Александра перешагнула порог каби­нета начальника следственного отдела. Ее встретил подтянутый, спортивного телосложения, средних лет мужчина. Форма сидела на нем безукоризненно. Лицо было умное, волевое, глубокие серые гла­за — внимательными и строгими. Ее личное дело лежало у него на столе.

— Почему вы решили работать в милиции?

Александра обреченно опустила глаза. Не будет же она рас­сказывать незнакомому человеку, что готова была работать не толь­ко в мили­ции, лишь бы  не оставаться в родном городе, где ей все напо­минало о единственном любимом человеке в ее жизни, ко­торый был для нее потерян, что боль разъедает ее душу, что еще совсем не­давно ее ожидала карьера научного сотрудника, что ее фа­милия значится на доске почета одного из самых престижных вузов страны и что ей даже в самых страшных снах не снилось, что она будет носить милицейскую фор­му.

Вопроса Ружевский не повторил.

— Приступайте к работе. Завтра вы получите свое первое дело. Справитесь — хорошо, нет — в комиссии по делам несовершенно­летних можно всегда найти вакантное место.

Александра попрощалась и вышла из кабинета. Начало было многообещающим.

Подозреваемого привели в пять часов вечера. Это был студент пятого курса политехнического института, татарин, гражданин Таджи­кистана.

По оперативным данным ОБХСС во Львове действовала хоро­шо отлаженная система по распространению книг Анны и Сержа Го­лон “Анжелика”. На прилавках магазинов эту книгу было днем с огнем не сыскать, а на руках можно было купить за 25—30 рублей, при значительно меньшей государственной цене. Причем книги рас­пространялись в больших количествах на протяжении года. Но сбытчики были неуловимыми. И вот возле памятника Ада­му Миц­кевичу в центре был задержан Адик Исмаилов при продаже книг двум покупателям. Объяснения  свидетелей сотрудникам ми­лиции были старательно проанализированы, протоколы задержания и изъя­тия книг у Исмаилова оформлены с соблюдением всех норм уголов­но-процессуального права. Невооруженным глазом было видно, что ма­териалы в следственный отдел на “авось” не передавались.

Александра внимательно перечитала материалы, возбудила уго­ловное дело и оформила постановление о проведении обыска по месту жительства подозреваемого.

На допросе Исмаилов вел себя холодно и враждебно. Каждое слово Александра из него вытаскивала  с трудом. На чистосердечное признание рассчитывать не приходилось. Он признавал только то количество книг, которое было изъято сотрудниками милиции в мо­мент задержания.

Через два часа вернулся с обыска лейтенант милиции Виктор Игнатенко. Лицо его было серьезным и озабоченным. В квартире подозреваемого ничего не нашли.

Александра задумалась. Через несколько минут она зашла к подозреваемому и спросила:

— Исмаилов, у вас в квартире был проведен обыск. Вы меня обманули.

Она рисковала. Никто за этот фарс ее по голове не погладил бы. Но он побледнел и выдавил:

— Это книги не мои. Один знакомый попросил, чтобы они по­лежали у меня. У него дома места нет.

— У вас есть возможность все рассказать.

Александра стара­лась скрыть напряжение.

— А что я буду рассказывать? Его зовут Сергей. Где живет не знаю, фамилии тоже не знаю. Книги положил в подвале. Не­сколько книг он разрешил мне продать.

Врал он не задумываясь. Но книги все-таки у него были. На повторный обыск Александра выехала сама, захватив с собой Игна­тенко.

Подвал был пуст. Книг уже на месте не было. Жена Исмаилова и ее мать после первого обыска успели все вынести и теперь делали вид, что не знают, о чем идет речь. Но повторный обыск даром не прошел. Александра нашла пачку писем, адресованных Исмаилову, и несколько неотправленных писем подозреваемого к своей матери в Душанбе, где он с упоением описывал ей свои интимные связи с женщинами, а заодно давал ей отчет, сколько книг пустил в реали­зацию. В письмах не были упомянуты только люди, занимающиеся скупкой.

Когда Александра с Игнатенко освободились, стояла глубокая ночь. А следствие по делу только начиналось.

Ружевский в ход следствия не вмешивался. Иногда заходил в кабинет, когда Александра допрашивала очередного свидетеля, и поприсутствовав несколько минут, молча выходил.

По делу Александра далеко не продвинулась, хотя Игнатенко старался, как мог. Из виду не упускалась ни одна версия. Игнатенко недав­но окончил школу милиции, и это дело, как и у Александры, было его первым. Работать с ним было интересно.

Книги высылала Исмаилову мать из Душанбе. Почти во всех от­делениях почтовой связи были изъяты “корешки”, по которым он по­лучал посылки с книгами серии “Анжелика” изда­тельст­ва “Ирфон”.

Александра понимала, что во Львове действует целая сеть реализаторов, что сам Исмаилов не мог сбыть такое большое коли­чество книг. Речь шла о больших деньгах, и было понятно, что кто-то покупает книги у Исмаилова большими партиями, делая на этом незаконный бизнес. Его погубила жадность. Однозначно, что опто­вым покупателям он продавал книги по значительно меньшей цене, чем отдельным лицам, но фамилий оптовиков он не называл. Почему? Ведь количество проданных книг следствию было уже до­подлинно известно. По его письмам и корешкам извещений была на­значена почерковедческая экспертиза, и отрицать это было бессмыс­ленно.

Чего боялся Исмаилов?

К Александре часто заходил заместитель начальника следствен­ного отдела Милешевич, который невзлюбил ее с первого дня.

— Деточка, тебе бы работать в Доме моделей, а не дела рас­следовать. Чего ты так стараешься? Заканчивай дело и отправ­ляй в суд.

Если бы Александра пожаловалась Ружевскому на поведение Милешевича, головы бы ему не сносить. Но “стукачей” в ми­лиции не любят. Коллеги обходили бы ее стороной и не вели бы при ней никаких разговоров. Жаловаться начальнику в мили­ции — “табу”, и Александра молча сносила все колкости Миле­шевича. Поддерживал ее только Виктор.

— Да, ладно, Саша, не обращай внимания. Дело постараемся сдать по всем правилам.

Разрядку она получала только дома, общаясь со своим сыном. Андрюша как-то резко повзрослел, перестал задавать маме много вопросов. О папе он вообще не спрашивал. Своей безошибочной детской интуицией Андрюша понял, что в их с мамой жизни что-то произошло, что они уже не вернутся туда, где были так счастливы, и уже не вернуть их родной город, улицу с густой дубовой аллеей, где родным казался каждый кустик, каждый изгиб дороги, квартиру на девятом этаже, где папа любил его, катал на себе верхом, зада­ривал подарками. Он осознал окончательно, что папы с ними уже не будет. Не будет никогда.

Александра чувствовала эту перемену в ребенке и отдавала ему всю нежность своей души, на которую была способна. Вечером, пе­ред сном, она читала ему сказки, рассказывала разные интересные истории, которые могли заинтересовать пятилетнего мальчика, так  они вместе и засыпали, отчаянно спасаясь от одиночества...

Но перелом в ходе следствия все-таки произошел. Вечером. когда Алек­сандра пришла за сыном в садик, воспитательница строго сказала:

— Если вы хотите, чтобы вашего сына забирали знакомые, предупредите. Мы детей отдаем только родителям.

Александра не сдвинулась с места. Побледнев, она смотрела на пожилую, симпатичную женщину.

— Кто приходил за Андрюшей? — чуть ли не шепотом спро­сила Александра.

— Он не представился. Сказал, что вы заняты и попросили его забрать сына.

Из дома она позвонила Ружевскому. Было поздно, но он еще был на работе. Выслушав ее, он сухо ответил:

— Пишите рапорт. Завтра я вас жду.

Ружевский этой ночью не спал. Он хотел принять решение. Перед тем, как Милеева появилась у него в кабинете, он знал о ней все. В его отдел люди просто так не попадали. Он не ограни­чил­ся ее личным делом. Данные этой молодой женщины были блестя­щими. Характеристики, диплом, детальные проверки ее и ближай­ших род­ственников  лучшего не желали. Но все-таки Ружевский не ограни­чился проведением формального опроса соседей Милеевой местным участко­вым. Его сотрудник, который занимался подбором выпускников для работы в следственном отделе, лично съездил в Харьков и побывал в доме, в котором она проживала, и опросил со­седей сам. Как ни странно, но у нее не оказалось даже завистников. При ее внешних данных это было про­сто противоестественно. Но Ружевский был хорошим психологом. Он понял, почему: брошенная женщина вызывает жалость. Были и те, которые говорили о ней с искренним сочувствием. Это были люди, прожившие вместе с ней на лестничной площадке много лет. Правда, они так и не поняли всего до конца. Это была дружная се­мья, и их развод был для них полной неожиданностью. На этом Ру­жевский поставил точку. Алек­сандра вполне ему подходила. Ну, а развод — это дело житейское. Она молодая, и при желании выйти за­муж проблемы не составит.

Когда Милеева появилась у него в кабинете, он понял, что ошибся. За время работы следователем перед ним прошло много су­деб. В ее зеленых глазах было столько тоски и рас­терянности, что ему стало не по себе. Для нее развод — не житей­ское дело. Это трагедия. Милеева была сломлена и для следствен­ной работы не подходила. Но он дал ей шанс. Поживем - увидим.

С момента принятия Милеевой дела Исмаилова в свое произ­водство, он не переставал его контролировать. Делал это незаметно, не хотел опекать молодого следователя, давая ей возможность по­чувство­вать свою самостоятельность и окрепнуть, хотя начальник управле­ния и его заместитель по следствию Милешевич не раз настаивали на том, чтобы дело передали в производство более опыт­ному следо­вателю. У Ружевского на это был один весомый аргу­мент: если бы не Милеева, письма Исмаилова по сегодняшний день покоились бы где-нибудь в укромном уголке, и преступление не было бы раскрыто. Был еще один аргумент: если у Ми­леевой заб­рать это дело, она как следователь, может быть, уже не состоится. Но этот аргумент, скорее, человеческое проявление Ружевского, и в рассчет никем не был принят.

Когда следствие продвинулось дальше, он понял, что это уже не рядовое дело, что Милеева затронула хорошо организованную преступ­ную группу по сбыту книг. Во Львове было много желающих, гото­вых отдать любые деньги за книгу. Именно этой кате­горией людей занимались сейчас оперативники, рассчитывая через них выйти на сбытчиков, но сбытчики были, очевидно, люди опытные, иначе они давно находились бы под следствием. И еще было подо­зрение, что кто-то контролирует это дело, кроме него. Исмаи­лов молчит, несмотря на собранные доказательства. Кто-то ему обе­щает помочь, и этот кто-то имеет к нему доступ.

После звонка Милеевой подозрение перешло в уверенность. По всей вероятности никто ее сына не стал бы похищать. Это было хо­рошо спланированное преду­преждение, которое должно было сло­мать Александру, и не дать ей возможности копать глубже.

Он вздохнул. Неужели дело у Милеевой придется за­брать?        А если это все-таки было не предупреждение, и ее сыну действи­тельно угрожает опасность? Да, и может ли он до конца доверять этой женщине, учитывая ее психологическое состояние? А если и может, то имеет ли право рисковать? Вопросов было много. Ответа не было ни на один из них.

Глава 4

Александра пришла на работу раньше обычного. Вынула папку с материалами из сейфа и еще раз перечитала их. Когда в таких слу­чаях хотят отправить дело в суд, дают письменное поручение опе­ративникам на установление лиц, занимающихся сбытом, получают формальный отрицательный ответ, выделяют материалы в отдель­ное производство, и обвиняемый предстает перед судом. И овцы це­лы, и волки сыты.

Она взяла дело Исмаилова и зашла в кабинет Ружевского с за­ранее подготовленным рапортом о вчерашнем происшествии.

Ружевский внимательно ее слушал.

— Сергей Александрович, разрешите мне выехать в Таджи­кистан. Здесь отдельным поручением не отделаешься. Мать Ис­маи­лова проходит по делу как соучастница. Стоит вопрос о привлече­нии ее к уголовной ответственности. Она высылала Исмаилову кни­ги, но их источник мы можем уста­новить только на месте. Исмаилов молчит, а оперативники ра­ботают над установлением лиц, которые приобретали у него книги. За время моего отсутствия может что-то прояснится. Андрюшу я возьму с собой.

Полковник набрал номер телефон.

— Людмила Николаевна, зайдите, пожалуйста.

План ему понравился. В Душанбе хотели командировать со­труд­ников ОБХСС, но будет эффективнее создать следственно-опе­ратив­ную группу, которую возглавит Милеева. Он с симпатией по­смотрел на Александру. Она справится. И, самое главное, он не по­чувствовал паники. Ее решение было верным и заслуживало уважения.

В кабинет вошла симпатичная женщина среднего роста, с добро­душным выражением лица.

— Людмила Николаевна, вы уже знакомы с нашей новой сот­рудницей. Она уезжает в командировку. Я прошу вас на вре­мя заб­рать ее сына к себе. С заведующей ближайшего от вашего дома детского садика я договорюсь сам. Но об этом должны знать только присутствующие в кабинете.

Ружевский повернулся к Александре:

— Чем быстрее вы справитесь, тем лучше. А тут ваш сын будет под присмотром и в безопасности.

Ее сердце наполнилось благодарностью. Людмила была единст­венной женщиной, с которой успела подружиться Александра. Она жила вместе с дочерью в трехкомнатной квартире и симпатизи­ровала ее Андрюше.

На следующий день Александра вместе с тремя оперативными сотрудниками вылетела в Душанбе.

Глава 5

Они прилетели рано утром. Еще было темно. Воздух благоухал ароматами незнакомых растений. Александра зажмурила глаза. На миг показалось, что события, происходящие с ней, только сон, что в конце концов она очнется в своей квартире, в своем род­ном городе, где будет все, как прежде. Болью полоснуло сердце. Не надо вспо­минать. Все в прошлом. Раз и навсегда.

В аэропорту их встречали сотрудники местного управления ми­лиции. С чисто южным гостеприимством им обеспечили все усло­вия для работы, предварительно разместив их в гостинице, которая находилась недалеко от городского управления. В их распоряжение была даже выделена машина с водителем.

Два оперативника сразу выехали на опрос сотрудников книж­ных магазинов, надеясь получить информацию о продаже в больших количествах книг Анны и Сержа Голон на протяжении опреде­ленного времени. Работы в этом направлении было — непочатый край.

А Александра с Игнатенко решили начать с обыска в квартире у Зинаиды Исмаиловой, перед этим опросив ее соседей.

Дома они застали только седенькую симпатичную старушку, которая что-то уютно вязала возле окна. Она, не раздумывая, при­гласила их к себе на чай.

— Да, что ж я вам, детки, рассказать могу. Поговорю с радо­стью, да вот знаю мало. Когда сын с ней жил, иногда ругались они, но так это со всеми бывает. Дело семейное. А вот то, что люди го­ворят про них нехорошо. Слухи ходят, что он взрос­лый, а они вместе в баньку ходят, да живут, вроде, как муж с женой. Грех это большой, но я это не видела и врать не буду. А про книжки слыхать ничего не слыхала.

Игнатенко брезгливо поморщился, а Александра вспомнила об отрывках из писем, где Исмаилов описывал матери свои интимные отношения. Что говорить, приятного мало.

А старушка продолжала:

— Татары они, предки их много кровушки нашей попили, но Исмаиловы с соседями живут мирно, зла нам не делают.

А потом, обращаясь к Александре, закончила:

— Белая ты сильно. На солнышке бывать надо. И не женское это дело по городам разъезжать да про людей выспрашивать. Дети­шек дома расти. Муж-то есть у тебя?

Александра поспешно поблагодарила старушку за чай, и они позвонили в квартиру Исмаиловой.

Зинаида Исмаилова встретила их враждебно.

— Что, сына погубили, за мной приехали? Так вот, ничего я не скажу, - заявила она и демонстративно ушла в кухню.

— Витя, пригласи, пожалуйста, понятых. Там будет видно, —сказала Александра.

Во время обыска Исмаилова не произнесла ни сло­ва. Но Алек­сандре опять повезло. Она нашла пачку писем от Исмаи­лова, адре­сованных матери, где наряду уже с известными фактами, называ­лись имена скупщиков. Фамилий не было. Но это был шаг вперед.

Александра подошла к женщине:

— Я хочу с вами поговорить. Я понимаю, что это неприятно. Но вашему сыну уже терять нечего. Ведь установление лиц, ску­пающих у него книги, только дело времени. Но, как ни ба­нально  это звучит, чистосердечное признание закон учитывает, как смягчающее обсто­ятельство. Зачем ему усугублять свое по­ложение? Да и с вами дело обстоит непросто, вы ведь это пони­маете. Облегчите нашу работу. Откуда у вас книги? Где вы их брали такими большими партиями?

Исмаилова молчала. Выписав ей повестку и отпустив понятых, они вернулись в управление. У нее будет время все обдумать.

Опрос сотрудников книжных магазинов ничего не дал. На про­тяжении интересующего их времени никто не скупал партиями кни­ги этой серии. Оперативники добросовестно занимались своей кро­потливой работой, извлекая накладные на отпуск книг из магазинов, но следствие от этого не продвинулось.

Собрав следственно-оперативную группу у себя в кабинете, Александра сказала:

— Ребята, попробуем теперь издательство “Ирфон” проверить. Начните завтра с опросов рядовых сотрудников, а я встречусь с ди­ректором.

Утром она зашла к начальнику следственного отдела управле­ния Волчицкому:

— Антон Андреевич, мы у вас машину забрали и нам из-за этого неловко. Мы сегодня все в издательство “Ирфон” едем и про­будем там, наверно, целый день. Это недалеко, мы доедем на об­щественном транспорте. Спасибо вам большое за внима­ние.

Волчицкий, улыбнувшись, ответил:

— Саша, так у меня ведь личная машина имеется, и ничего не случится, если я ее немного поэксплуатирую. Пускай мой води­тель отвезет вас, и потом скажите ему, когда за вами заехать. Хорошо? Может быть, от меня еще помощь какая-то требуется, я всегда буду рад вам помочь.

Александра улыбнулась.

— Да нет, спасибо, пока справляемся, Антон Андреевич. Хотя, если честно, в расследовании ни на один шаг вперед не про­дви­нулись, — она вздохнула и вышла из кабинета.

Начальник следственного отдела Волчицкий знал о цели, по­ставленной перед Александрой, но вмешиваться в ход следствия не стал — это не входило в его обязанности. Его задачей было обес­печить следственно-оперативную группу всем необходимым. И не более того. Но когда он увидел эту женщину, сердце его болез­ненно сжалось. В ее чистых глазах, во всей ее фигуре было столько неза­щищенности и женственности, что он готов был ее опекать до конца своей жизни. На днях решался вопрос о переходе его в мини­стерство, но до отъезда ее из города ему не хотелось покидать уп­равление, и он от­тягивал время, как мог.

Волчицкому было тридцать семь лет, позади был первый брак. Жена с дочерью уехали в Россию. Идеалом он не был, но жену свою любил, и до сих пор болезненно переживал их разлуку. Но вместе с тем Александра затронула в нем что-то давно забытое, сердце в ее присутствии сжималось, и он боялся при раз­говоре с ней пре­дательски покраснеть. Это было слишком. Но внезапно он понял, что она просто не видит его. Она не видела не только его, но и всех остальных тоже. Она занималась своей работой. И только...... 

© С. А. Куспысь, 2003
Право на публикацию предоставлено автором
 
 
Есть вопросы по этому товару?
Вы можете задать нам вопрос(ы) с помощью следующей формы.
Ваше имя
E-mail
Ваши вопросы относительно товара
code
Отправить
Новинки

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 5-6
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 5-6

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 3-4
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 3-4

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 1-2
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 1-2

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 11-12
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 11-12

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 9-10
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 9-10

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 8
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 8

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 7
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 7

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 6
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 6

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 5-6
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 5-6

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 3-4
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 3-4

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 1-2
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2016, № 1-2

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 11-12
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 11-12

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 9-10
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 9-10

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 8
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 8

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 7
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 7

Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 6
$3.00
Журнал "Психология и соционика межличностных отношений", 2015, № 6
 

Студия дизайна ArtNet © 2011 Интернет-магазин